Как мы уже отметили, праведные сподвижники выучили наизусть и записали Коран так, как он был ниспослан пророку Мухаммаду, мир ему и благословение Аллаха, без малейших искажений, ничего не прибавляя к нему и ничего не удаляя из него. Однако после смерти пророка, мир ему и благословение Аллаха, произошли события, которые заставили мусульман задуматься о дальнейшей судьбе священного писания.

Передают, что Зайд ибн Сабит рассказывал:

— После сражения с жителями Йамамы Абу Бакр вызвал меня к себе. Возле него сидел ‘Умар, и Абу Бакр сказал: «Ко мне пришёл ‘Умар и сказал: “Сражение при Йамаме унесло жизни чтецов Корана, и я боюсь, что такие сражения унесут жизни ещё многих чтецов и многие откровения из Корана будут утеряны. Я считаю, что ты должен отдать приказ собрать Коран”. Я сказал ‘Умару: “Как же мы сделаем то, чего не делал посланник, мир ему и благословение Аллаха?” ‘Умар сказал: “Клянусь Аллахом, в этом деле есть польза”. ‘Умар продолжал уговаривать меня до тех пор, пока Аллах не раскрыл мою грудь, и я согласился с мнением ‘Умара».

Затем Зайд сказал:

— Абу Бакр сказал мне: «Ты — молодой и умный человек, и у нас нет ничего против тебя. К тому же ты записывал откровения для посланника, мир ему и благословение Аллаха. Займись же Кораном и собери его». Клянусь Аллахом! Если бы они поручили мне перенести гору, это было бы легче, чем собрать Коран по его поручению. Я сказал: «Как же вы собираетесь сделать то, чего не делал посланник, мир ему и благословение Аллаха?» Однако он сказал: «Клянусь Аллахом! В этом деле есть польза». Он продолжал уговаривать меня до тех пор, пока Аллах не раскрыл мою грудь и не внушил мне то, что прежде внушил Абу Бакру и ‘Умару. После этого я принялся за работу и начал собирать Коран, записанный на голых пальмовых ветвях, на плоских камнях и в сердцах людей. Последние части суры «Покаяние» я обнаружил только у Абу Хузаймы ал-Ансари. Кроме него я не обнаружил их ни у кого. Это были слова: «К вам явился посланник из вашей среды. Тяжко для него то, что вы страдаете. Он старается для вас. Он добр и милосерден к верующим. А если они отвернутся, то скажи: “Мне достаточно Аллаха! Нет божества, кроме Него. Я уповаю только на Него, ибо Он — Господь великого трона”» (сура 9 «Покаяние», аят 128-129). Эти листы хранились у Абу Бакра, пока Аллах не упокоил его. Затем они перешли к ‘Умару и находились у него, пока он не скончался. Затем они перешли к Хафсе бинт ‘Умар» (ал-Бухари).

Очевидно, сподвижники не собирали записи коранических откровений в единый свиток при жизни пророка, мир ему и благословение Аллаха, потому что некоторые аяты отменялись и выпадали из текста Корана. Когда же посланник, мир ему и благословение Аллаха, скончался и ниспослание откровений прекратилось, Всевышний Аллах внушил правоверным собрать откровения в единый свиток, чтобы их руками уберечь последнее небесное писание от любых искажений. Первый шаг к собиранию Корана в единый список был сделан по инициативе ‘Умара ибн ал-Хаттаба и по приказу Правдивейшего Абу Бакра. Это подтверждается хадисом, переданным Ибн Абу Давудом в «Масахифе». В нём сообщается, что ‘Али ибн Абу Талиб сказал: «Наибольшее вознаграждение за распространение экземпляров Корана получит Абу Бакр. Да смилостивится Аллах над Абу Бакром! Он был первым, кто собрал писание Аллаха».

О том, кто первым собрал Коран в единый список, есть и несколько слабых сообщений. Ибн Абу Давуд передал со слов Мухаммада ибн Сирина, что ‘Али сказал: «Когда скончался посланник, мир ему и благословение Аллаха, я поклялся не надевать накидку для выхода из дома, пока не соберу Коран, разве что для того, чтобы пойти на пятничный намаз», — и он собрал его. Иснад этого сообщения слабый, прерванный. В другом хадисе, переданном Ибн Абу Давудом со слов ал-Хасана ал-Басри, сообщается, что ‘Умар спросил об одном из аятов, на что ему сказали, что тот, кто его знал, был убит в сражении при Йамаме. Тогда он сказал: «Воистину, мы принадлежим Аллаху!» Он велел собрать Коран и был первым, кто собрал его в едином свитке. Иснад этого сообщения также прерванный (Фатх ал-Бари 9/17).

Некоторые еретики обвиняли Абу Бакра в том, что он привнёс в религию новшество, собрав аяты в единый список. Однако поступок Абу Бакра был свидетельством его искренности перед Аллахом, Его посланником, Его писанием, мусульманскими правителями и простыми мусульманами. Абу Бакр принял решение, посоветовавшись с другими сподвижниками, хорошо осведомлёнными о тонкостях шариата. Запись откровений сама по себе не была новшеством, поскольку поступать так было разрешено ещё при жизни пророка, мир ему и благословение Аллаха. Передают со слов Абу Са‘ида ал-Худри, что пророк, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «Не пишите от моего имени ничего, кроме Корана. Кто писал от моего имени что-либо, помимо Корана, пусть сотрёт! Но рассказывайте от моего имени, и в этом нет ничего плохого, но кто сознательно солжёт от моего имени, тот займёт своё место в огне» (Муслим).

В Священном Коране также есть указания на то, что откровения были записаны ещё при жизни пророка, мир ему и благословение Аллаха: «Нам надлежит собрать его и прочесть» (сура 75 «Воскресение», аят 17);

«…посланник Аллаха, который читает очищенные свитки» (сура 98 «Ясный довод», аят 2).

Кади ал-Бакиллани сказал: «‘Умар понял, что если пророк, мир ему и благословение Аллаха, не собрал Коран в единый свиток, то это не означало, что поступать так запрещено. К этому же мнению пришёл Абу Бакр, когда осознал его правильность. Ни священные тексты, ни здравый смысл нисколько не противоречат этому. Более того, отсутствие единого свитка могло привести к частичной утере откровения. Затем с их мнением согласились Зайд и все остальные сподвижники» (Фатх ал-Бари 9/18).

Зайд ибн Сабит опасался ответственности, которая была возложена на него, и проявил невиданное усердие в деле собирания Корана. Он сказал: «Клянусь Аллахом! Если бы они поручили мне перенести гору, это было бы легче, чем собрать Коран по его поручению». Однако Всевышний Аллах облегчил ему выполнение этого задания, ведь в Священном Коране сказано: «Мы уже облегчили Коран для поминания. Но есть ли [среди вас] поминающие?» (сура 54 «Луна», аят 17).

О начале работы над собиранием Корана было объявлено по всей Медине, и горожанам, которые имели письменные фрагменты Корана, было велено принести их в мечеть и сдать Зайду. При этом самому Зайду было поручено записывать только то, что уже было записано при жизни пророка, мир ему и благословение Аллаха. Абу Бакр поручил ему не опираться на свою память и вносить в свиток Корана только те аяты, которые подтверждались двумя свидетельствами. Ибн Абу Давуд в «Масахифе» передал слова Йахйи ибн ‘Абд ар-Рахмана: «‘Умар встал и сказал: “Пусть придёт каждый, кто слышал от посланника, мир ему и благословение Аллаха, что-либо из Корана!” У людей были записи, сделанные на листах, дощечках и оголённых пальмовых ветвях, но он не принимал их, пока они не подтверждались двумя свидетельствами» (Фатх ал-Бари 9/19). Это означает, что Зайд не довольствовался записями и требовал, чтобы их правдивость подтвердили двое свидетелей. Третьим свидетельством были записи самого Зайда. Будучи одним из лучших знатоков Корана, он сверял записи с тем, что он знал наизусть, и только после этого вносил аяты в список Корана.

Примечательно, что последние два аята из суры «Покаяние» были найдены только у Абу Хузаймы ал-Ансари. В версии Ахмада и ат-Тирмизи (ум. 279/892) сообщается, что они были записаны Хузаймой ибн Сабитом ал-Ансари, однако это — ошибка. Согласно одному мнению, это был хазраджит Абу Хузайма ибн Аус ибн Зайд ибн Асрам, больше известный по своему прозвищу. Некоторые историки считали, что речь идёт о сподвижнике по имени ал-Харис ибн Хузайма, также известном как Абу Хузайма.

Ибн Абу Давуд описал эту историю в хадисе, переданном со слов ‘Аббада ибн ‘Абдаллаха ибн аз-Зубайра: «Ал-Харис ибн Хузайма принёс эти два аята — последние два аята из суры “Отречение” (так иначе называется сура «Покаяние»). Он сказал: “Я свидетельствую, что слышал их от посланника, мир ему и благословение Аллаха, и запомнил их”. ‘Умар тоже сказал: “И я свидетельствую, что слышал их. Если бы их было три аята, я поместил бы их в отдельную суру. Посмотрите же, к какой суре они относятся, и поместите их в конец”» (Фатх ал-Бари 9/21).

Из этого хадиса следует, что поначалу Зайд не нашёл того, кто подтвердил бы свидетельство Абу Хузаймы, однако затем его слова подтвердил ‘Умар ибн ал-Хаттаб. Зайд тоже знал эти аяты наизусть, и этих трёх свидетельств было достаточно для того, чтобы поместить их в список Корана. Из хадиса также следует, что сподвижники располагали аяты на основе собственных суждений, однако многие другие сообщения указывают на то, что коранические аяты располагаются в сурах сообразно тому, как их расположил пророк Мухаммад, мир ему и благословение Аллаха.

Таким образом, Зайд ибн Сабит собрал Коран под бдительным присмотром остальных знатоков Корана, и его решения ни у кого из них не вызвали нареканий или замечаний. Записанные им листы хранились у Абу Бакра вплоть до его смерти. Затем они перешли к ‘Умару и находились у него, пока тот не скончался. Затем по завещанию они перешли к его дочери Хафсе.